Редакция Елены Шубиной, 2012
Специалист по древнерусской культуре Евгений Водолазкин мог стать большой литературной звездой еще в нулевых, но тогда на его «Похищение Европы» (2005) и «Соловьева и Ларионова» (2009) мало кто обратил внимание. Именно «Лавр» — эпическая и одновременно интимная книга про средневекового знахаря, полная неслучайных анахронизмов (отсюда авторское жанровое определение «неисторический роман»), — составила ученому славу русского Умберто Эко; занимающийся довольно узкой темой исследователь неожиданно для себя самого превращается в известного на всю страну беллетриста. Дело тут, вероятно, в том, что проза Водолазкина — традиционная, но с различимым модернистским смещением — оказалась созвучна настроениям читающей публики первой половины 2010-х: он предложил комфортную, но не архаичную модель письма, соединив условно интеллектуальность и эмоциональность, разум и чувства. На Западе последние десять лет это, отсылая к текстам Дэвида Фостера Уоллеса и Дэйва Эггерса, называют метамодернизмом, и Водолазкина (почему нет) вполне можно назвать одним из первых русских представителей этого направления. Отметим, что до конца 2010-х он выпустил еще два романа: «Авиатор» (2016) и «Брисбен» (2018), регулярно попадая во всевозможные короткие списки — и в раздел культуры The Guardian.
